<p>«Политическая. Как выжить в из России» — новая книга активистки, художницы и участницы Pussy Riot Марии Алехиной. Это рассказ от первого лица о том, как российские власти постепенно выдавливали из страны Алехину, ее друзей и соратников. Книга охватывает период с октября 2020 года до весны 2022-го. «Политическая. Как выжить в из России» — одновременно хроника предвоенного времени и первых месяцев войны и личный дневник: за новостными заголовками и тревожными постами в телеграме проступают яркие чувства: страх, обида, отчаяние, бесстрашие, любовь, скорбь (несколько героев этой книги погибли в развязанной Россией войне по разные стороны фронта) и ярость. Посмотрите, как выглядели последние мирные годы и первые месяцы войны глазами Марии Алехиной.<p>
<figure><img src="https://meduza.io/image/attachments/images/011/994/326/small/hBDk2kRUeFzThUtLHGCdQw"><figcaption>Берлин, 12 мая 2022 года </figcaption></figure>
<p><a href="https://meduza.io/feature/2026/02/25/v-izdatelstve-meduzy-vyshla-kniga-marii-alehinoy-politicheskaya-kak-vyzhit-v-iz-rossii" rel="noopener" target="_blank">«Политическая. Как выжить </a><s><a href="https://meduza.io/feature/2026/02/25/v-izdatelstve-meduzy-vyshla-kniga-marii-alehinoy-politicheskaya-kak-vyzhit-v-iz-rossii" rel="noopener" target="_blank">в</a></s><a href="https://meduza.io/feature/2026/02/25/v-izdatelstve-meduzy-vyshla-kniga-marii-alehinoy-politicheskaya-kak-vyzhit-v-iz-rossii" rel="noopener" target="_blank"> из России»</a> — новая книга активистки, художницы и участницы Pussy Riot Марии Алехиной. Это рассказ от первого лица о том, как российские власти постепенно выдавливали из страны Алехину, ее друзей и соратников. Книга охватывает период с октября 2020 года до весны 2022-го. «Политическая. Как выжить <s>в</s> из России» — одновременно хроника предвоенного времени и первых месяцев войны и личный дневник: за новостными заголовками и тревожными постами в телеграме проступают яркие чувства: страх, обида, отчаяние, бесстрашие, любовь, скорбь (несколько героев этой книги погибли в развязанной Россией войне по разные стороны фронта) и ярость. Посмотрите, как выглядели последние мирные годы и первые месяцы войны глазами Марии Алехиной.</p>
<p>✽ ✽ ✽</p>
<p>Купить книгу «Политическая. Как выжить <s>в</s> из России» можно по <a href="https://magaz.global/checkout/56800855261532?utm_source=meduza&utm_medium=intext&utm_campaign=oneclick" rel="noopener" target="_blank">ссылке</a>. А еще совсем скоро мы выпустим в электронном формате первую книгу Марии Алехиной <a href="https://www.penguin.co.uk/books/306607/riot-days-by-alyokhina-maria/9780141986616" rel="noopener" target="_blank">«Riot Days»</a>.</p>
<figure><img src="https://meduza.io/image/attachments/images/011/994/375/small/FD78Z4wLCSL1TsOImijytA"><figcaption></figcaption></figure><figure><img src="https://meduza.io/image/attachments/images/011/994/383/small/VC3m3l2g-xJdUf92HTmwhQ"><figcaption></figcaption></figure>
<figure><img src="https://meduza.io/image/attachments/images/011/994/391/small/Nzc4DWtT6ybpwu0euRVU-Q"><figcaption>«Мы решили примотать «омоновца» скотчем к столбу. Я и Рита — в русских народных платьях и кокошниках, Фархад, играющий омоновца, — в шлеме и форме. Как говорится, «во-первых, это красиво», во-вторых, на скотче крупным красным написано «осторожно, хрупкое!» <…> Площадь у Кремля. В русских платьях подходим к столбу, приматываем к нему нашего «омоновца» и убегаем. Мы бежим вдоль кремлевской стены прямо в метро. Кто-то бежит за нами. Кто-то нас догоняет. Хватает за оба плеча. Фар. Размотался, стал собой и догнал нас. Смеемся. Две бабы в русских платьях и бородатый мужик в черном хохочут на весь вагон. Потом бегут на пересадку и снова хохочут. Сегодня во всем метро эта троица — самые счастливые люди. Люди, у которых получилось»</figcaption></figure>
<figure><img src="https://meduza.io/image/attachments/images/011/994/407/small/csrKCN3UqFKCKPyXKgp-YA"><figcaption>«Яркое теплое декабрьское солнце заливает улицу на въезде в Нижний <…> У меня есть приятная усталость и желание все показать Люсе. Как когда любимых привозят домой, чтобы показать школу, где учился, или площадку, где играл, так мне хочется показать в этом городе все — смотри! Вот «Макдак», где на нас нападали с зеленкой, мне тогда пробили голову. А вот «Комитет против пыток», куда я поехала сразу как вышла из колонии, там работают лучшие правозащитники, которых я знаю, они герои! И, конечно, колония. Мы едем показывать нашу колонию — ИК-2. Расчищенный снег на дорожках между бараками. Сосны, березы, пихты. Смотри! Женщины строятся на развод на работу. Мы наперебой говорим: а вот тут мой 11-й отряд, а вот тут механики, а тут мы строились на утреннюю проверку. Я не знаю, что чувствует Люся, но слушает она с интересом»</figcaption></figure>
<figure><img src="https://meduza.io/image/attachments/images/011/994/399/small/x_LdS9yEYQ_1NXWofq1Dpg"><figcaption>«Из дальней комнаты выкатывают чемодан. Да, мы будем выносить меня в чемодане. Все равно задержат, оформят и оштрафуют. Но лучше не тогда, когда хотят они, а так, чтоб было весело. Большой черный чемодан. С наклейками. Мы придумали легенду. Рома и Люся — пара, которая летит на отдых в Турцию, Оля — таксистка, которая везет их в аэропорт. Теперь надо понять, сколько минут я смогу провести в чемодане. «Ребят, открывайте, я задыхаюсь!» — ору я, свернувшись в клубок. Выходим. Фото на память у входной двери в подъезд. Меня поворачивают. Меня кладут в багажник. Я трачу последний воздух на то, чтобы записать видео из чемодана, хотя взяла телефон, чтобы не было темно. «Как ты там? Не бойся!» — кричит Рома. Я никогда так не чувствовала кочки и лежачих полицейских. Багажник открывают, только когда проехали несколько улиц и убедились, что хвоста нет»</figcaption></figure>
<figure><img src="https://meduza.io/image/attachments/images/011/994/521/small/xqClgrOUJuS2W6SaiF2YCA"><figcaption>«Россия будет свободной! — смеется коренастый конвоир. — Но чуть позже!» — добавляет он и закрывает дверь камеры автозака. В автозаке одни политические. Выехали утром. В конвойной камере в подвале суда сидим часов пять. Мы уже знаем, что будет домашний арест, понять несложно. Самая строгая мера из возможных по нашей статье. Мэр Москвы анонсирует открытие баров и кафе, но в судах по-прежнему пандемия. Друзья и журналисты мерзнут на улице. Меня заводят в пустой зал. Наручники. Аквариум. Судья. Все как раньше. Но на этот раз — в тишине. Из постановления Тверского районного суда от 29 января 2021 года: «Суд постановил: запретить подозреваемой в период нахождения под домашним арестом покидать место проживания без письменного разрешения следователя; использовать средства связи и сеть «Интернет»; отправлять и получать почтово-телеграфные отправления»</figcaption></figure>
<figure><img src="https://meduza.io/image/attachments/images/011/994/415/small/93LrmjBm6Pb7UDQQX_bfTg"><figcaption>«Мальчик в форме надевает мне черный браслет на правую ногу. Закручивает двумя железными микровинтиками. Я спускаюсь в подвал. Я сажусь в белую машину с зеленой полоской. «Меня зовут Влад. Я буду вашим инспектором. Я должен следить за тем, как исполняется домашний арест», — говорит мальчик и садится за руль. «Я не враг», — добавляет он, заводит мотор и снимает меховую шапку. Светлые волосы, голубые глаза»</figcaption></figure>
<figure><img src="https://meduza.io/image/attachments/images/011/994/423/small/KRlOQeDCdTHrDu-n6O5HVw"><figcaption></figcaption></figure><figure><img src="https://meduza.io/image/attachments/images/011/994/431/small/-4256PnfNXYP3uIz66IKlA"><figcaption></figcaption></figure>
<figure><img src="https://meduza.io/image/attachments/images/011/994/529/small/vTNB8xFmrTiO0kmXZaZtgA"><figcaption>«За сутки до митинга — задержания и аресты активистов. Менты составили списки, раздали другим ментам, сказав: этих любой ценой закрываем на сутки, чтоб они завтра не дошли до площадей. И закрывают. Забирают людей на улицах, вокзалах, у дверей квартир, забирают прямо из дома. Идут по спискам. Окей, сегодня вы закроете нас. Но выйдут другие. Их тоже внесут в списки, а потом выйдут еще. И пусть не завтра, но в какой-то момент всех уже будет не переписать! Переписывать насильников в погонах будут уже активисты, списки настоящих преступников будем делать мы»</figcaption></figure>
<figure><img src="https://meduza.io/image/attachments/images/011/994/545/small/fpBA-Zv5SDSWpnVJ7i9ryw"><figcaption>Москва, 21 апреля 2021 года</figcaption></figure><figure><img src="https://meduza.io/image/attachments/images/011/994/537/small/55ufZ2mQaB-Iin0P6iHUgA"><figcaption>Санкт-Петербург, 18 января 2021 года</figcaption></figure>
<figure><img src="https://meduza.io/image/attachments/images/011/994/553/small/prtp5eWISIRgczyNiHfdkQ"><figcaption>«Снежки летят в омоновские каски и бронированные машины, в ответ — дубинки, дубинки, удары, крики: «За Навального!», «Путин — вор!», «Отпускай!», дубинки и снова удары. Толпа скандирует: «Я не боюсь! Мы не боимся!» Неравный бой, в котором мы заранее проиграли. На фоне новогодних огней и украшений-снежинок. Толпа скандирует: «Мы без оружия». В этом, наверное, и проблема. Мы без оружия. Медицинские маски с каплями крови в грязном снегу. Переулок как будто забыли посыпать солью, и все, кто бежит, постоянно поскальзываются на льду: и мы, и менты — все падают, встают и снова бегут. Когда в 2012-м я пряталась в этом переулке от погони, узнав, что на нас возбудили уголовное дело, смешно не было, было чуток страшно, а сейчас? А сейчас уже нет»</figcaption></figure>
<figure><img src="https://meduza.io/image/attachments/images/011/994/443/small/PxBt5Zbk8YvxZtAibqFSrw"><figcaption>«Я сажусь в такси и быстро говорю: «Поехали. Пожалуйста, скорее поехали». Водитель отвечает: «Хорошо-хорошо». Дорога разбита. Проехав кочки, водитель спрашивает: «Что случилось?» Я говорю: «Я сбежала из-под домашнего ареста». <…> Тебя не поймут. Ты нарушила арест не для того, чтобы поехать к больному ребенку. Ты выпила бутылку белого и поехала к девочке, в которую влюбилась и которую система сделала твоей подельницей <…> Я ни о чем не жалею. Я еду на машине в ОВД. Менты молчат и думают: «Нахуя она вышла?» Я молчу и думаю: «А нахуя вы надели мне этот браслет?» И в этом молчании мы понимаем друг друга. «Это Маша», — говорит дежурный. И больше никто ничего не говорит. И снова рассвет. «Когда с утра забираешь девчонку из клуба», — шутит инспектор Влад и увозит меня домой. Ведь это не попытка побега. И все закрывают глаза»</figcaption></figure>
<figure><img src="https://meduza.io/image/attachments/images/011/994/451/small/XWIZfkAjgI5jSuQkOFbqXw"><figcaption></figcaption></figure><figure><img src="https://meduza.io/image/attachments/images/011/994/459/small/-LiC5rwQB278NBn6yBRumA"><figcaption></figcaption></figure>
<figure><img src="https://meduza.io/image/attachments/images/011/994/585/small/TBaaWm6_v03OjcNqngT5KQ"><figcaption>Из <a href="https://meduza.io/feature/2022/05/19/rossiya-okkupirovana-putinym" rel="noopener noreferrer" target="_blank">интервью</a> Марии Алехиной 19 мая 2022 года о туре «Riot Days»: «Это та история, которая происходила [со мной перед и после участия в панк-молебне в храме Христа Спасителя], но, во-первых, визуально в нее включены всякие куски из будущего. Во-вторых, есть расширенные моменты, в которых мы можем не то чтобы импровизировать, но давать какое-то более жесткое понимание контексту сегодняшнего дня. Мы выступаем на русском. Но у нас всегда есть экран с субтитрами. И еще видеоряд. Это не просто видеоряд, это вижуал-арт. У нас есть кусок в концерте, в котором мы показываем политзаключенных. Это такой супердрайвовый кусок. Все понимают, что эти люди должны быть освобождены. [Еще] мы планируем также передать часть денег <a href="https://ohmatdyt.com.ua/en/slider/the-hospital-is-working-and-standing-for-life/" rel="noopener noreferrer" target="_blank">детской больнице</a> в Киеве. Сколько — будет понятно в конце тура».</figcaption></figure>